Анализ противоправного поведения несовершеннолетних должен учитывать обстоятельства формирования и наиболее типичные особенности личности подростков и юношей. Асоциальное поведение несовершеннолетних взаимообусловлено влиянием факторов, в первую очередь, внешней социальной среды (в особенности микросреды), а также индивидуальными особенностями личности подростка и юноши, которые обусловливают его индивидуальное реагирование на различные "жизненные неудачи".

Как ни различны формы девиантного поведения подростков и юношей, они взаимосвязаны. Пьянство, употребление наркотиков, агрессивность и противоправное поведение образуют единый блок, так что вовлечение подростка или юноши в один вид девиантных действий повышает вероятность его вовлечения также и в другой. Противоправное поведение, в свою очередь, хотя и не столь жестко, связано также с нарушением норм психического здоровья. До некоторой степени совпадают и способствующие девиантному поведению социальные факторы (школьные трудности, травматические жизненные события, влияние девиантной субкультуры или группы, неблагополучные семьи и т.д.).

В популярной литературе иногда утверждается, что девять десятых подростков-правонарушителей вырастают в криминогенных и слабых семьях. На самом деле такие семьи дают 30-40 процентов преступности. Преувеличивается связь правонарушений подростков со структурой семьи: в последние два десятилетия две трети подростков-преступников росли в полных семьях. В тех случаях, когда развод происходит вследствие пьянства или аморального поведения одного из родителей, это способствует не ухудшению, а оздоровлению условий воспитания детей.

Вместо абстрактного противопоставления "благополучных" и "не¬благополучных" семей социологи и криминологи различают семьи с разным воспитательным потенциалом. Г.М. Миньковский выделяет по этому признаку десять типов семьи: 1) воспитательно-сильные; 2) вос¬питательно-устойчивые; 3) воспитательно-неустойчивые; 4) воспи¬тательно-слабые с утратой контакта с детьми и контроля над ними; 5) вос¬питательно-слабые с постоянной конфликтной атмосферой; 6) воспитательно-слабые с агрессивно-негативной атмосферой; 7) маргиналь¬ные: с алкогольной, сексуальной деморализацией и т.д.; 8) правонаруши-тельские; 9) преступные; 10) психически отягощенные.

В семьях первого типа, доля которых во всем контингенте обследованных Г.М. Миньковским семей составляет 15-20 процентов, воспитательная обстановка близка к оптимальной. Главный ее признак - высокая нравственная атмосфера семьи в целом. Это важнее, чем формальная полнота семьи, хотя вероятность противоправного поведения подростков из неполных семей в 2-3 раза выше, чем из семей с обычной структурой.

Второй тип семьи (35-40 процентов выборки) создает в целом благоприятные возможности для воспитания, а возникающие в семье трудности и недостатки преодолеваются с помощью других социальных институтов, прежде всего школы.

Для третьего типа семьи (10 процентов выборки) характерна неправильная педагогическая позиция родителей (например, гиперопека и т.п.), которая, тем не менее, выравнивается благодаря сравнительно высокому общему воспитательному потенциалу семьи.

Четвертый тип (15-20 процентов выборки) объединяет семьи, где родители по разным причинам (плохое здоровье, перегруженность работой, недостаток образования или педагогической культуры) не в состоянии правильно воспитывать детей, утратили контроль за их поведением и интересами, уступив свое влияние обществу сверстников.

Остальные типы (10-15 процентов выборки) являются с социально-педагогической точки зрения отрицательными, а то и криминогенными. Риск правонарушений несовершеннолетних, воспитывающихся в обстановке   постоянных   и   острых   конфликтов   и   в   психически отягощенных семьях, в 4-5 раз, а в семьях, где царят агрессивность и жестокость, в 9-10 раз выше, чем у тех, кто растет в педагогически сильных и устойчивых семьях. Дело не только в безнадзорности, с которой связано 80 процентов преступлений, но и в том, что дети воспринимают поведение старших членов семьи как нормальное, обычное, эмоционально отождествляются с родителями и воспроиз¬водят стереотипы их поведения, не задумываясь над тем, насколько они правильны с точки зрения общества.

Но однозначной связи между преступным поведением в ранней юности и определенным стилем семейного воспитания - дефицитом родительского тепла и внимания или, напротив, - гиперопекой не обнаруживается.

Что же касается индивидуально-личностных факторов, то, судя по лонгитюдным данным, влияние самой юношеской делинквентности на судьбу взрослого человека также неоднозначно. Чем тяжелее делин-квентное поведение подростка (юноши), тем вероятнее, что он будет продолжать его и взрослым. Однако статистически средняя делин-квентность у большинства подростков с возрастом прекращается [4].

Юношеский и подростковый возрасты представляют собой группу повышенного риска. Почему?

Во-первых, сказываются внутренние трудности переходного воз¬раста начиная с психогормональных процессов и кончая перестройкой Я-концепции. Подростковый возраст в биологическом смысле - это возраст полового созревания. В психологическом плане он характеризуется крайней противоречивостью. Для него характерны диспропорции в формировании и темпах развития. Важнейшее психологическое образование - чувство взрослости - представляет главным образом новый уровень притязаний относительно своего положения в системе социальных отношений, которого подросток реально еще не достиг. Юношеский возраст в биологическом плане - это период завершения физического созревания.
Во-вторых, пограничность и неопределенность социального положе¬ния подростков и юношества. Юность - это завершение первичной социализации, начинающейся в подростковом возрасте. Промежуточ¬ность общественного положения и статуса подростка и юноши (уже не ребенок, но еще не взрослый) определяет и особенности их психики.

В-третьих, противоречия, обусловленные перестройкой механизмов социального контроля: детские формы контроля, основанные на соблюдении внешних норм и послушании взрослым, уже не действуют, а взрослые способы, предполагающие сознательную дисциплину и самоконтроль, еще не сложились или не окрепли.

Личность "трудного" подростка характеризуется, прежде всего, низким уровнем социализации и отражает пробелы и недостатки в основных сферах его воспитания - в семье и школе. Под трудновоспи-туемостью понимается негативизм и сопротивление педагогическим воздействиям.  Стремясь освободиться  от опеки  и оценки  взрослых, подросток становится весьма критичным по отношению к родителям и учителям, начинает обостренно чувствовать и замечать их недостатки, подвергать сомнению советы, мнения и высказывания старших. В то же время в этом возрасте наблюдается тенденция к перестройке отношений со сверстниками. Для подростка характерно стремление к самоутверждению в их среде, чуткое реагирование на мнение сверстников. Самоутверждение, не реализуемое в социально приемлемых формах, может происходить в асоциальных формах.

Для понимания причин девиантного поведения несовершеннолет¬них важно знать, какой субъективный личностный смысл имеет для них такое поведение. В этом плане целый ряд исследований подтверждает гипотезу Э. Эриксона о значении для подростка отрицательной идентич¬ности, в которой подросток подчас ищет и находит убежище от труднос¬тей и противоречий взросления. Формирование отрицательной идентич¬ности тесно связано с включением подростка в девиантную субкультуру; "скачок" здесь происходит в среднем в возрасте около 15 лет. У 15-18-летних юношей делинквентное поведение связано с неосознаваемым пониженным уровнем самоуважения, чего еще не наблюдается у 11-14-летних (Д. Манн, 1976).

Наиболее серьезная попытка установить причинную связь между такими факторами, как уровень самоуважения подростка и девиантное поведение, дана в теории девиантного поведения американского психолога Говарда Кэплана (1975, 1980, 1982).

Кэплан начинал с изучения взаимосвязи между девиантным поведением и пониженным самоуважением. Поскольку каждый человек стремится к положительному образу "Я", низкое самоуважение переживается как неприятное состояние, а принятие себя ассоцииру¬ется с освобождением от травмирующих переживаний. Это побуждает людей поступать так, чтобы уменьшать субъективную вероятность самоуничижения и повышать субъективную вероятность принятия себя. Люди, сильнее других страдающие от самоуничижения, испытывают большую потребность в том, чтобы своим поведением изменить это состояние. Поэтому людей, в целом принимающих себя, всегда значи¬тельно больше, чем отвергающих себя, склонных к самоуничижению.

Пониженное самоуважение статистически связано у юношей практически со всеми видами девиантного поведения - нечестностью, принадлежностью к преступным группам, совершением право¬нарушений, употреблением наркотиков, пьянством, агрессивным по¬ведением, суицидальным поведением и различными психическими нарушениями (Кэплан, 1975). Чем объясняется эта связь?

Сравнивая долгосрочную динамику самоуважения подростков, начиная с 12-летнего возраста, с их участием или неучастием в девиантном поведении, Кэплан нашел убедительные свидетельства в пользу следующих двух гипотез:

1. Низкое самоуважение способствует росту антинормативного поведения: участвуя в антисоциальных группах и их действиях, подросток пытается тем самым повысить свой психологический статус у сверстников, найти такие способы самоутверждения, которых у него не было в семье и школе.
2. При некоторых условиях, особенно при низком начальном са¬моуважении, девиантное поведение способствует повышению са¬моуважения.

Оказалось, что у подавляющего большинства подростков положительные самооценки превалируют над отрицательными, причем с возрастом эта тенденция усиливается - самокритика, недовольство собой помогают преодолевать замеченные недостатки и тем самым повышать самоуважение. Однако у некоторых подростков этого не происходит и они постоянно чувствуют себя неудачниками. Их негативное самовосприятие складывается из трех различных, но взаимосвязанных видов опыта.

Во-первых, они считают, что не имеют личностно-ценных качеств или не могут совершить личностно-ценные действия и, напротив, обладают отрицательными чертами или совершают отрицательные действия.
Во-вторых, они считают, что значимые для них другие не относятся к ним положительно или относятся отрицательно.
В-третьих, они не обладают или не умеют эффективно использовать механизмы психологической защиты, позволяющие снять или смягчить последствия первых двух элементов субъективного опыта.

Потребность в самоуважении у таких подростков особенно сильна, но поскольку она не удовлетворяется социально приемлемыми способами, то они обращаются к девиантным формам поведения. Кэплан (1980) сравнил уровень самоуважения 12-летних подростков с их последующим (в течение ближайшего года или трех лет) участием в 28 различных формах девиантного поведения. В 26 случаях корреляции оказались статистически значимыми, т.е. низкое самоуважение положительно связано с формами девиантного поведения (мелкие кражи, исключение из школы, угрозы самоубийств, ломка вещей, эмоциональные взрывы и др.).

Почему же это происходит? Чувство самоуничижения, своего несоответствия предъявляемым требованиям ставит перед выбором либо в пользу требований и продолжения мучительных переживаний самоуничижения, либо в пользу повышения самоуважения в поведении, направленном против этих требований. Выбирается, как правило, второе. Поэтому желание соответствовать ожиданиям общества уменьшается, а стремление уклониться от них, напротив, растет. В результате и установки, и референтные группы, и поведение подростка становятся все более антинормативными, толкая его все дальше по пути девиации.

Девиантное поведение вначале всегда бывает немотивированным. Подросток, как правило, хочет соответствовать требованиям общества, но по каким-то причинам не может этого сделать. Это отражается в его самосознании и толкает на поиск в других направлениях.

Важнейший фактор такого развития - девиантные сверстники (Г.Кэплан, Р. Джонсон, К. Бэйли, 1987). Наличие девиантной группы облегчает совершение девиантных действий, если личность внутренне к ним готова; обеспечивает психологическую поддержку и поощрение за участие в таких действиях; уменьшает эффективность личных и социальных механизмов, которые могли бы затормозить проявление девиантных склонностей.

При этом образуется порочный круг. Девиантные поступки подростка увеличивают его привлекательность для тех людей, которые одобряют такой стиль поведения. Одновременно они вызывают отрицательное отношение и санкции со стороны "нормальных" других, вплоть до исключения девиантного подростка из общения с ними. Это социальное отчуждение способствует активизации общения подростка с девиантной средой, уменьшает возможности социального контроля и способствует дальнейшему усилению отклоняющегося поведения и склонности к нему. В результате девиантные поступки из немотивированных становятся мотивированными.

Примерная типология объединений и групп с девиантным поведением и антиобщественным сознанием следующая:

1. Случайная группа - например, затевающая драки на дискотеках, стадионах и в других местах, однако имеющая свои неписанные групповые нормы и ценности. Вхождение несовершеннолетнего в случайную группу воспринимается им как сигнал об освобождении от социального контроля. Действия, совершенные подростком или юношей в толпе, кажутся ему анонимными, как бы не личными действиями.

2. Ретристская группа (под ретризмом понимается стремление к уходу от действительности, от жизненных трудностей. Крайний вариант ухода - суицид). Обычное занятие ретристских групп - бесцельное времяпрепровождение, сомнительные развлечения, токсикомания и наркомания.

3. Агрессивная группа, которая основана на наиболее примитивных представлениях об иерархии ценностей и минимуме культуры. Она дошла из глубокой древности до наших дней практически в неизменном виде. Характерными особенностями агрессивной группы являются жесткая иерархическая структура, сильное групповое давление на ее участников, серьезные санкции за нарушение групповых норм, психологической основой которых является резкое противопоставление: "мы - они".

Существует ряд поведенческих стереотипов, характерных для подростково-юношеского возрастного периода. Эти стереотипы находят свое выражение в виде особых реакций подростка или юноши на определенные воздействия и явления, наблюдаемые им в социальном окружении.

1. Реакция оппозиции вызывается завышенными претензиями к деятельности и поведению подростка, излишними ограничениями, невниманием к его интересам окружающих его взрослых. Эти реакции проявляются в прогулах, в бравировании опьяненным состоянием, в побегах из дома, а иногда и в антисоциальных действиях.

2. Реакция имитации проявляется в подражании определенному лицу, образцу. Образцом для подражания может стать и антисоциальный герой. Известно, какое влияние оказывает на правовое сознание подростка формирование образа преступника-супермена, пропаганда уголовного романтизма.

3. Реакция отрицательной имитации - поведение, нарочито проти¬вопоставленное навязываемой модели (если модель отрицательна, то эта реакция является по своей социальной направленности положительной).

4. Реакция компенсации - восполнение неудач в одной области подчеркнутым успехом в другой области (например, неуспехи в учебе могут компенсироваться "смелым" поведением в кругу сверстников).

5. Реакция гиперкомпенсации - настойчивое стремление к успеху в наиболее трудной для себя области деятельности. Так, присущая подростку робость может побудить его к отчаянному поведению, к вызывающему поступку. По этой причине крайне чувствительный и застенчивый подросток выбирает мужественный вид спорта (бокс, карате, бодибилдинг и т.п.).

6. Реакция эмансипации - стремление высвободиться от навязчивой опеки старших, самоутвердиться. Крайнее проявление -отрицание стандартов, общепринятых ценностей, норм закона, бродяжничество.

7. Реакция группирования - объединение в группы сверстников. Реакцией группирования в значительной мере объясняется то, что подавляющее большинство преступлений совершается подростками в составе группы.

8. Реакция увлечения проявляется в самых разнообразных подростковых хобби: поп-музыка, стиль в одежде, стремление к получению легкой информации, не требующей больших размышлений и используемой для самого процесса общения (пустые, многословные разговоры у подъезда); увлечения, связанные с чувством азарта; увлечения, обеспечивающие всеобщий успех, внимание (артист, гитарист, чемпион, модница, знаток в престижной области знаний); увлечения, связанные с физическим самосовершенствованием, овладением престижными навыками (водитель мотоцикла, автомобиля), коллекционирование.

Нередко отклоняющееся поведение растущих людей может быть внешне адресовано взрослым (неподчинение, оскорбление), однако внутренне молодой человек диалогизирует в этот момент со сверстниками, так как именно на их реакцию рассчитаны его действия. В  то  же   время   существует  особый  тип  отклоняющегося   поведения подростков, юношей (девушек), которое и внешне и внутренне адресовано взрослым. Это так называемое демонстративно-отклоняющееся поведение, когда окружающим демонстрируются отклонения, когда действия совершаются ради их вненормативного характера.

Простейшим случаем такого поведения является детское кривляние. Здесь можно выделить две закономерности: во-первых, ребенок кривляется только в присутствии взрослых (обычно родителей) и только тогда, когда они обращают на него внимание; во-вторых, когда родители показывают ребенку, что они не одобряют его поведение, кривляние не только не уменьшается, а скорее, усиливается. Таким образом, перед нами явный коммуникативный акт, где основным содержанием коммуникации является отклонение: ребенок на особом невербальном языке говорит родителям: "я делаю то, что вам не нравится". Сходное содержание иногда выражается и в словах, например многие дети время от времени заявляют: "Я - плохой".

Встает закономерный вопрос о причинах (целях, мотивах) подобной коммуникации. Можно предположить, что детское кривляние и утверждения типа "Я плохой" в некоторых случаях могут исполнять функцию попытки освободиться от взрослых норм и одновременно обезопаситься от осуждения со стороны взрослых.

Обратимся теперь к отклоняющемуся поведению подростков. Например, к их поведению в неформальных молодежных объединениях протестного характера. Отклоняющееся поведение данного типа во многом напоминает детское кривляние. Во-первых, поведение и внешний вид этих подростков очень часто носят показной, демонстра¬тивный характер (внешне обозначено каждое положение "идеологии"; место сбора на центральных площадках; постоянные разговоры о реакции окружающих и т.д.). Во-вторых, и поведение, и внешний вид таких подростков подчеркнуто антинормативны (позы, сленг, прическа, действия призваны вызывать отвращение окружающих). Основное содержание коммуникации в этом случае, как и в кривляний, ут¬верждение: "Я плох, я омерзителен".

Можно предположить, что ряд подростков, таким образом пытаются освободиться от нормы взрослых и обезопасить себя от их осуждения. В данном случае коммуникация по форме адресована, прежде всего, окружающим незнакомым людям (случайным прохожим), которые до этого момента никак не контактировали с подростком. Дома же и в школе (где можно предположить авторитарно-осуждающее отношение) подобные "представления" разыгрываются редко. Будучи не готов полемизировать и аргументированно отстаивать свою позицию в диалоге со "значимым" взрослым из ближнего окружения, подросток через других людей, чаще внешне атрибутивным образом, презентирует свою "состоятельность", индивидуальность, востребованность и понимание его определенным кругом "значимых" сверстников.

Проблема детско-юношеской преступности в последнее время обозначилась с особой остротой. И дело не только в постоянно растущих показателях числа и видов преступлений, в которые вовлекаются подростки и юноши. Подрастающее поколение, все больше проявляя те или иные формы делинквентного поведения, становится одним из негативных факторов деформации нравственных и социальных норм общества, культивирования асоциальных установок и стереотипов. Формируется особая девиантная и криминальная субкультура молодежного общества.

Криминальная субкультура молодежи - это образ жизнедея¬тельности несовершеннолетних и молодежи, объединившихся в криминальные группы.

Она является основным механизмом криминализации молодежной среды. От обычной подростково-юношеской субкультуры она отличается асоциальным и криминальным содержанием; ярко выраженными тоталитарными способами влияния на поведение людей; закрытым характером от педагогов и взрослых; наличием строгой криминальной морали и санкций; упорядоченностью и систематизацией статусно-ролевого поведения ее участников. В обычных условиях и в специальных учебно-воспитательных учреждениях местами ее функционирования являются школьные и училищные туалеты, подъезды домов, подвалы, чердаки, отдаленные скверы, отдельные строения и места, слабо контролируемые официальными властями и должностными лицами. На жаргоне молодежи такие места получили название "тусовки". "Тусовка", как правило, представляет собой общение с друзьями, обмен инфор¬мацией, совместные выпивки, "любовь в очередь", антиобщественное поведение.

В основе возникновения и развития криминальной субкультуры лежит комплекс многоуровневых причин и условий. Назовем некоторые из них:

• дегуманизация в межличностных и межгрупповых отношениях, нарушение принципов демократии, социальной справедливости, крушение социальных идеалов молодежи;
  появление новых видов преступлений вследствие экономических неурядиц и наличия теневой экономики;
• отсутствие ясной и общепринятой идеологии в обществе, засилье криминальных философии и стереотипов, тиражируемых в СМИ, неформальных объединений молодежи;
  нарастание алкоголизации населения, что привело к засилью традиций алкогольных застолий со своими традициями и атрибутами;
• отсутствие достаточных возможностей (организационных, право¬вых, финансовых и т.п.) и стремления официальных властей противо¬стоять негативному влиянию на молодежь асоциальных элементов; формализм в воспитательной работе, правовая, психолого-педаго¬гическая некомпетентность, дезориентация в моральных ценностях;
• исключительно высокая мобильность преступных сообществ в использовании нормативно-правовых "брешей" и нерасторопности властей в применении мер по борьбе с преступностью;
• наличие многочисленных неформальных объединений молодежи (НОМ), характеризующихся размытостью моральных норм, правовым нигилизмом, перерастание их в филиалы преступных шаек из числа взрослых.

На образование криминальной субкультуры действуют два прямо противоположных механизма:

• механизм поиска личностью психологической и* физической защиты в новой среде, в том числе защиты от администрации закрытого учреждения (на свободе - от правоохранительных органов) и враждебных молодежных группировок;
• механизм взаимной агрессии членов сообщества, взаимного наказания и притеснения слабых ради собственного удовлетво¬рения и возвышения.

Нередко криминальная субкультура господствует в учреждении и полностью парализует воспитательный процесс, деятельность администрации и педагогического коллектива. Опрос, проведенный в воинских частях, воспитательно-трудовых колониях, ПТУ позволил выявить значительное сходство в ее проявлениях. К эмпирическим признакам наличия криминальной субкультуры в среде подростков и молодежи в организации относятся:

• наличие враждующих группировок;
• жесткая групповая стратификация;
• появление меченых столов, посуды, одежды и других предметов;
• наличие неофициальной системы "мелких" исключений для "верхов";
• психологическая изоляция "отверженных";
• наличие кличек членов групп;
• распространенность азартных игр в группах, уголовного жаргона;
• факты вымогательства денег, пищи, личных вещей;
• "прописка" новичков, распространенность тюремных клятв;
• отказ, уклонение от определенного вида хозяйственных работ, участия в работе актива и общественных организаций и пр.

Как и человеческая культура в целом, криминальная субкультура молодежи имеет свою структуру. Она включает не только предметные результаты деятельности преступных сообществ и их членов, но и субъективные человеческие силы и способности, реализуемые в процессе криминальной деятельности (знания и умения, професси¬онально-преступные навыки и привычки, уровень интеллектуального развития правонарушителей, эстетические потребности, формы общения, способы управления преступными сообществами и пр.). Главным условием формирования асоциального сознания и поведения молодежи, условием запуска механизмов отрицания ответственности за совершенные действия и самооправдания является наличие криминальной идеологии.

Криминальная идеология молодежи — это та система понятий нолетних и молодых преступников, та их "философия", которая оправдывает и поощряет преступный образ жизни и совершение преступле¬ний, снимает психологические и нравственные барьеры, которые человеку надо преодолеть, чтобы пойти на преступление.

Все элементы криминальной субкультуры можно классифицировать следующим образом:

1. Поведенческие атрибуты, к которым относятся "законы", прави¬ла и традиции "другой жизни", клятвы и проклятия. Все они выступают в качестве регуляторов поведения подростков и молодежи. Нормы и пра¬вила делятся: по способу регулирования - на запрещающие и обязыва¬ющие; по степени общности - распространяемые на всех, на конкрет¬ные иерархические группы; по направленности - для регулирования отношений с представителями властей, с чужими, для межгрупповых и внутригрупповых отношений; по функциям - для обеспечения сохран¬ности и целостности группы, успешности преступной деятельности, досуговой деятельности, обеспечения комплектования "общака", ком¬плектования группы, соблюдения правил санитарии и гигиены и пр.

2. Коммуникативные атрибуты (татуировки, знаки, клички, уголовный жаргон), выступающие как средство общения, межличностного и межгруппового взаимодействия.

3. Экономические атрибуты ("общий котел" и принципы материаль¬ной взаимопомощи), являющиеся материальной базой криминальных групп, их сплочения и дальнейшей криминализации.

4. Сексуально-эротические ценности - особое отношение к лицам противоположного пола, половые извращения, проституция, порно¬графия, эротика, гомосексуализм.

5. Особое отношение к своему здоровью - от симуляции болезней, самоповреждений как способа достижения определенных выгод до занятий спортом, "накачкой" мышц, строгого соблюдения режима жизни и питания.

6. Стратификационно-стигмативные элементы, позволяющие "верхам" разделить членов сообществ на иерархические группы, в соответствии с занимаемым ими положением "пометить" каждого из них. К этим элементам можно отнести "прописку" как способ стратификации несовершеннолетних и молодежи, клички, татуировки, привилегии для определенных лиц.

Традиционная схема стратификации членов криминального сообщества молодежи включает: "верхи" (авторитетные подростки и юноши, которые "держат власть" на определенной территории и имеют не¬посредственную связь с "крестными отцами" либо с их приближенными из числа взрослых и выполняют их указания); "средний слой" ("нормально живущие", "пацаны"); "низы" - униженные и эксплуатируемые подростки ("чужаки"), случайно оказавшиеся на территории, контролируемые группой, или "свои" - нечисто прошедшие прописку.
Стратификация  несовершеннолетних обладает следующими жесткое деление на "своих" и "чужих", однозначное определение статусов и ролей, прав и обязанностей;

• социальное клеймение, использование благозвучных терминов типа "хозяин", "директор", барин", "авторитет" и пр. для обозначения принадлежности к высшим иерархическим группам и оскорбительные термины ("шавка", "крыса", "стукач" и т.п.) для обозначения принадлежности человека к низшим группам;
• автономность существования каждой касты, снижение статуса за контакты с представителями "низов";
• затрудненность мобильности вверх при одновременной облегченности мобильности вниз;
• строгая субординация в межличностных отношениях "верхов" и "низов", беспощадная эксплуатация и притеснение "низов" "верхами";
• наличие у "верхов" определенных привилегий, табу, условных знаков, ценностей.

Факторами, определяющими статус подростка и молодого человека в криминальной структуре, являются: возраст, стаж криминальной деятельности, "бывалость", т.е. жизненный и преступный опыт; наличие вли¬ятельных покровителей, поведение во время задержания в правоохра¬нительных органах, национальная принадлежность, отношение к офици¬альным активистам; наличие у человека личностных качеств, особо ценимых в данной криминальной группе (организаторские способности, жестокость, находчивость, цинизм, физическая сила и пр.).

Основными социально-психологическими мерами профилактики криминальной субкультуры являются:

• создание надежной психологической защиты для каждого подростка и молодого человека, включение его в общественно одобряемые виды деятельности, повышение их правовой и психологической компетентности;
• формирование во всех учебных и воспитательных заведениях социально ценных традиций, гуманизация межличностных отношений между взрослыми, администрацией, подростками и юношами;
• показ негативных последствий участия молодого человека в криминогенной группе, развенчание криминальных авторитетов, создание барьеров для свободного "переноса" традиций и норм уголовного мира в подростково-юношескую среду и т.д.